Я вернулась домой на два часа раньше обычного и сразу услышала странные звуки из нашей спальни: сначала подумала, что в квартиру проникли воры, но в этот момент из спальни вышел муж — совершенно без одежды 
Но я даже не смотрела на него, потому что в спальне было то, от чего я оцепенела от ужаса
Я никогда не верила в предчувствия. Всегда считала себя человеком разума: если нет фактов — значит, нечего выдумывать. Но в тот день, когда я вернулась домой на два часа раньше обычного, внутри всё сжалось ещё у двери.
Мы жили вместе много лет. Обычная жизнь, обычная квартира. В последние месяцы он стал другим: раздражительным, отстранённым, часто пропадал. Говорил — работа, сложности, временно. Я верила. Не хотела думать о плохом.
В тот день встречу отменили. Я освободилась раньше и решила сделать сюрприз. Заехала в магазин, купила продукты, думала устроить спокойный вечер. По дороге даже ловила себя на том, что улыбаюсь, вспоминая, какими мы были раньше.
Дверь я открыла тихо. И сразу поняла — в квартире что-то творится. Были слышны голоса.
Сначала мелькнула мысль о ворах. Но потом я поняла, что звуки доносятся из спальни. Сердце резко забилось, а ноги сами понесли меня по коридору.
Я распахнула дверь.
В проёме стоял мой муж. Абсолютно без одежды, растрёпанный, уверенный в себе, даже довольный. Он не испугался. Не смутился. Просто улыбнулся, будто я вошла не вовремя.
Я уже готова была закричать. Потому что в спальне было то, от чего меня буквально парализовало.
И если вы думаете, что там была любовница — вы ошибаетесь. Продолжение в первом комментарии 
В комнате стояла камера. На штативе. Направленная прямо на кровать. Рядом — свет, микрофон, телефон, всё аккуратно расставлено. Муж что-то снимал.
Я медленно перевела взгляд на него.
— Что это? — только и смогла сказать я.
Он сначала отмахнулся. Сказал, что это «ничего такого», что я всё не так поняла. Потом сел, вздохнул и вдруг начал говорить спокойно, будто объяснял что-то бытовое.
Оказалось, его уволили несколько месяцев назад. Он никому не сказал. Ни мне, ни друзьям. Делал вид, что ходит на работу, что задерживается, что устал.
А потом он нашёл «выход».
Контент. Соцсети. Подписчики. Донаты. Он говорил об этом без стыда. Даже с каким-то странным азартом. Сказал, что это теперь его новая работа. Что люди платят за «реальность», за «честность», за тело, за откровенность.
— Это просто съёмка, — сказал он. — Ничего личного.
Я смотрела на камеру и ничего не понимала. Я молча развернулась, вышла в коридор и закрыла за собой дверь спальни.
В тот момент я поняла: измена — это не всегда про другую женщину. Иногда это про то, что тебя просто вычеркнули из своей жизни и заменили лайками и чужими взглядами.
