— Андрей с Верой берут на себя ремонт, документы и все серьёзные поездки. Ирина с Пашей — продукты и лекарства, — объявила Галина Михайловна и провела ручкой черту посередине тетрадного листа.
Я перестала размешивать сахар в чае. До этой минуты мне казалось, что нас пригласили на воскресный обед. На столе стояли котлеты, салат из помидоров и блюдце с нарезанным батоном. А рядом с солонкой лежал список, в котором уже успели распорядиться нашими выходными на несколько месяцев вперёд.

— Простите, это сейчас что было? — спросила я.
— Семейное распределение обязанностей. — Свекровь поправила очки. — Я решила заранее всё организовать, чтобы потом не бегать за каждым.
За столом сидели мы с Андреем, его сестра Ирина и её муж Павел. Свекровь настояла, чтобы приехали все: надо поговорить о будущем.
— А кто-нибудь нас спросил? — Я положила ложку.
— Вера, не начинай. Я же не посторонних людей прошу. Мне скоро шестьдесят девять, одной всё труднее. Андрей у нас в технике разбирается, ты с бумагами внимательная. А Ира с Пашей будут помогать с покупками.
Ирина быстро отвела взгляд к тарелке. Павел аккуратно подвинул к себе хлебницу. Андрей, сидевший рядом со мной, посмотрел на лист.
— Мам, что значит «все поездки»? — спросил он.
— Управляющая компания, поликлиника, всякие учреждения. Если ремонт — найти мастеров, купить материалы, проследить. Зимой ещё окна хочу поменять, в спальне дует.
— А продукты? — уточнила я.
— Ну, раз в неделю заехать. Аптека, если понадобится. Ирочке и с этим непросто, у них ипотека, Лёшу на занятия возят. Паша на работе целый день.
У нас с Андреем тоже была ипотека. Только про неё в свекровином листочке места не нашлось. И рабочий день у мужа был такой же, как у Павла, с восьми до пяти. Мы жили в другом конце города, а Ирина — в десяти минутах езды от матери.
— И почему именно так? — спросила я.
Галина Михайловна повернулась к сыну, будто вопрос исходил не от меня.
— Потому что ты всегда был надёжнее, Андрюша. А Ирочке с Пашей и так тяжело, у них свои заботы. Ты ведь понимаешь.
Я посмотрела на мужа. Он по привычке кивнул, ещё не успев ничего решить. Этот кивок я знала: сначала согласиться, а потом пытаться выкроить время из того, чего уже нет.
— Мама, мы можем помогать, — сказал он, — но такой список надо обсуждать.
— Вот и обсуждаем. — Она постучала ручкой по бумаге. — Я вам даже всё записала, чтобы не забыли.
Ирина наконец подняла голову.
— Вер, ты не думай, мы тоже будем ездить. Просто у Лёши тренировки три раза в неделю, а по субботам английский.
— Я пока думаю, что в воскресенье приехала пообедать, а уезжаю начальником ремонтного участка, — ответила я.
Павел коротко хмыкнул и тут же спрятал улыбку за чашкой. Свекровь обиделась.
— Значит, я для вас уже обуза.
— Никто этого не сказал, — возразил Андрей.
— Тогда чего вы спорите? Я же не сегодня требую. Это на будущее.
На обратном пути он долго молчал. Я держала контейнер с котлетами, который свекровь всё-таки вручила нам у двери. Я злилась и чувствовала себя неблагодарной.
— Ты правда готов всё это делать? — спросила я у светофора.
— Не всё. Но мама боится, что в старости останется одна со своими проблемами.
— Тогда почему она решила, что проблемы должны стать нашими? И при чём тут я?
— Она на тебя рассчитывает.
— А ты спросил, можно ли на меня рассчитывать во вторник в десять утра?
Андрей вздохнул.
— Я хотел сегодня без скандала обойтись.
— Получилось. Только теперь скандал едет с нами домой.
Он не ответил. На следующий день свекровь создала чат «Наши семейные дела» и прислала туда фотографию того самого листка. Возле наших имён значились сантехника, электрика, окна, обращения в управляющую компанию, документы, сопровождение на приёмы и «прочие серьёзные вопросы». Возле имён Ирины и Павла — покупки по списку раз в неделю.
Я увеличила снимок. Внизу Галина Михайловна дописала: «Ответственный — Андрей. Вера помогает с организацией».
Первым сообщением после фотографии было: «В пятницу в 11:30 надо поехать со мной в управляющую компанию. Вера, тебе удобнее, ты же рядом работаешь».
Моё ателье находилось в соседнем с ней районе, но пятница в половине двенадцатого была временем примерок. Я работала закройщицей, и если клиентка приходила на подгонку платья, я не могла просто оставить её у зеркала и поехать обсуждать с диспетчером стояк.
Я ответила: «В пятницу не могу. Если расскажете, какой вопрос, попробуем понять, нужно ли туда ехать лично».
Свекровь прислала голосовое сообщение на две минуты. Ей не нравилась сумма в квитанции за отопление. В конце прозвучало: «Я ведь не прошу каждый день».
В субботу Андрей съездил к матери посмотреть квитанции. Заодно обнаружил мокрую подводку к смесителю, перекрыл воду, вызвал сантехника и дождался, пока тот заменит шланг. Свекровь заплатила мастеру две с половиной тысячи. Потом попросила сына свозить её в хозяйственный магазин посмотреть раковины.
Домой муж вернулся вечером. У нас весь день простоял нераспакованный кухонный шкаф: доставка была назначена заранее, Андрей обещал собрать его и закрепить к стене.
В воскресенье, когда мы только взялись за сборку, мать позвонила и сказала, что под мойкой опять мокро. Муж уже искал ключи от машины.
— Если снова течёт, пусть звонит мастеру, — сказала я. — Он вчера всё менял.
— Она привыкла звонить мне.
— Так дай ей номер человека, которому она заплатила.
Андрей позвонил сантехнику. Тот поговорил с Галиной Михайловной и выяснил, что она не вытерла полку после ремонта. Через десять минут мать написала: «Вроде сухо». Муж вернулся к шкафу. До этого я ни разу не видела, чтобы он хотя бы проверил, действительно ли нужно ехать.
С покупками вышло ещё страннее. Ирина заказала матери лекарства с доставкой, но курьер должен был приехать, когда той не было дома. Галина Михайловна позвонила мне: не могу ли я после работы заехать к ней и дождаться доставки? Я ехала домой в другую сторону.
— Тогда пусть Ира поменяет время доставки, — предложила я.
— Она занята, а ты же всё равно едешь.
— Я еду к себе домой, Галина Михайловна.
Свекровь обиделась. Ирина за три сообщения перенесла заказ на удобное время, но почему-то сначала решить эту задачу предложили мне.
В следующую среду Андрей вернулся с работы позже обычного. На ужин были макароны с сыром; он сел за стол, даже не переодевшись.
— С начальником неприятно вышло, — сказал он. — Я сегодня выезжал к маме посреди дня.
Оказалось, Галина Михайловна договорилась с замерщиком по окнам на час дня. Андрея предупредила утром: «Ты же должен проверить, чтобы не насчитали лишнего». Он работает мастером смены на мебельном производстве. В цеху в тот день шла отгрузка большого заказа, и отсутствие на несколько часов пришлось согласовывать в последний момент. Начальник отпустил, но попросил больше так не делать.
— Почему ты не сказал ей, что занят? — спросила я.
— Она уже вызвала человека. Тот с другого конца города ехал.
— А с тобой договорилась?
— Нет.
Он потёр лицо ладонью.
— Я сам понимаю. Только пока она говорит, всё вроде просто. Съезди на час. Посмотри бумажку. Позвони мастеру. А потом день рассыпается.
На кухонном подоконнике Андрей оставил лист с замерами окон. Он собирался сравнить две сметы, но вторая фирма могла приехать только в субботу. А в субботу мы давно обещали помочь моей матери, живущей в пригороде, привезти землю для огорода.
— Я сказал, что не приеду, — признался Андрей. — Мама ответила: «У тебя всегда находятся дела, когда я прошу».
— Мне нужна одна вещь, — сказала я. — Не обещай от моего имени ни поездок, ни звонков, ни денег. Твоё время — это твоё решение. А мои выходные к тебе не прилагаются автоматически.
— Я и не обещал.
— Она каждый раз говорит «вы». И я каждый раз должна отдельно отказываться.
— Хорошо, — ответил он после паузы. — Больше не буду решать за нас двоих.
Сначала ничего заметно не изменилось. Галина Михайловна звонила мужу, а мне присылала фотографии бумажек с короткой подписью: «Разберись, пожалуйста». Я один раз объяснила по телефону, где на квитанции указан номер лицевого счёта. Второй раз написала, что не смогу заняться её обращением в управляющую компанию, но там есть приёмные часы и телефон. В ответ получила: «У тебя, оказывается, всё по расписанию».
Ирина исправно привозила продукты. Когда мать попросила Андрея отвезти пылесос в мастерскую рядом с офисом сестры, он впервые предложил Ирине сделать это самой. Она обиделась, но через два дня Павел отвёз пылесос. Ни одного свободного дня у брата для этого не потребовалось.
Настоящий спор начался из-за ванной. Галина Михайловна давно хотела заменить старую плитку, ванну и тумбу под раковиной. После истории с подводкой желание превратилось в срочный план. Она нашла бригаду по объявлению в подъезде, пригласила прораба посмотреть помещение и попросила Андрея приехать в субботу.
Тот ответил, что в субботу работает, а в воскресенье может заехать на час, если нужно проверить список работ. Мы заранее договорились, что решения о деньгах и сроках без отдельного разговора не будет.
В воскресенье я поехала с ним. Мне хотелось своими глазами понять, что именно свекровь собирается затеять. Прораб стоял в коридоре с рулеткой. Галина Михайловна показывала, где хочет душевую стойку, и спорила о цвете плитки.
— А вот и мои ответственные приехали, — обрадовалась она. — Сейчас Андрей посмотрит, а Вера с оплатой поможет.
Я остановилась у порога ванной.
— С какой оплатой?
— Ну, с той, о которой мы говорили на семейном совете.
— На совете вы говорили, кто будет помогать с ремонтом. О том, что мы платим, речи не было.
Прораб перестал записывать размеры. Андрей спросил его, сколько будет стоить весь ремонт. Тот назвал предварительный диапазон — от двухсот сорока до двухсот восьмидесяти тысяч с учётом материалов, в зависимости от того, что выберут.
— Я думала, вы внесёте хотя бы семьдесят тысяч на начало, — сказала свекровь. — У меня есть накопления, но я не хочу всё сразу трогать. Ира с Пашей сейчас точно не потянут.
Мы с Андреем переглянулись. У нас были эти деньги: мы откладывали на стиральную машину и запас на непредвиденные расходы. Старая машина плохо отжимала и иногда оставляла воду в барабане. Мастер уже советовал её заменить.
— Мама, мы такую сумму не обещали, — сказал он.
— А кто мне говорил, что во всём поможет?
— Помочь выбрать мастера — не значит оплатить ремонт.
— Ты раньше так не рассуждал.
Прораб неловко откашлялся и предложил прислать подробную смету после осмотра. Андрей согласился принять её на почту матери, а копию попросил отправить ему. Договора никто не подписывал, денег не передавал. Муж проводил мастера до двери, а я прошла на кухню вслед за свекровью.
— Тебе жалко денег для родного человека? — спросила она.
— Я не собираюсь решать за Андрея, сколько он может дать. Но эти деньги у нас общие, и мы их уже запланировали.
— Ирина бы не спорила.
— Ирина не была на моём месте.
Свекровь резко отвернулась к окну. Я услышала, как Андрей закрыл дверь за прорабом.
— Вы всё считаете, — сказала она. — Я детей вырастила и не составляла списков, кому сколько должна.
Мне захотелось напомнить про тетрадный лист, с которого началась эта история. Но Андрей вернулся на кухню раньше, чем я открыла рот.
— Мам, почему ты сразу сказала мастеру, что Вера будет платить? — спросил он.
— А что такого? Вы семья. Я ведь рассчитывала на вас.
— Рассчитывать можно после того, как спросила.
Он повернулся к выходу.
— Мы посмотрим смету, если хочешь. Но на ремонт деньги не даём и рабочие дни ради него освобождать не будем. Если решишь начинать, договаривайся с бригадой сама.
— Тогда ничего не буду делать, раз я вам так мешаю.
— Мама, ванная твоя. Решать тебе. Только не за нас.
По дороге домой Андрей не оправдывался. Спросил лишь, сколько примерно стоит новая стиральная машина, которую мы присматривали. Я назвала сумму и увидела, как он достал телефон, чтобы сохранить модель. Вроде пустяк, но до этого всё, что касалось нашей квартиры, откладывалось после слова «мама».
Через неделю мать попросила Андрея отвезти её на плановый приём в поликлинику. Запись была на утро рабочего дня, он не мог отпроситься. Предложил вызвать такси или попросить Ирину. Свекровь заявила, что из принципа никуда не поедет.
Вечером она прислала фотографию чека из такси и написала, что уже дома. Андрей спросил, как прошёл приём. «Нормально», — ответила мать.
Два дня она никому не звонила. А потом мне написала Ирина: «Ты можешь вечером поговорить? Без мамы».
Мы встретились у пекарни возле её работы. Ирина пришла с пакетом детских носков и сразу сказала:
— Я знаю, что вы на нас злитесь.
— Я злюсь не на продукты, а на то, что нас никто не спрашивает.
— Мама сказала, что Андрей сам хочет всё контролировать. Он ведь всегда проверял мастеров, договоры. Я думала, ему так спокойнее.
— Одно дело — самому захотеть, а другое — утром узнать, что в обед надо встречать замерщика.
Ирина потёрла лоб.
— Мы с Пашей не свободные люди. После работы Лёша, уроки, ужин. Но раз в месяц отвезти маму куда-то мы бы смогли. Она не просит. Говорит, Андрей лучше знает.
— Так поговори с ней. Только не проси нас организовать ещё один семейный совет.
— Я всю жизнь слышу, что Андрей надёжный, — сказала Ирина. — А мне как будто ничего серьёзного поручать нельзя. Удобно, пока не понимаешь, что тебя вообще ни во что не ставят.
За последнее время меня раздражало одно её имя в свекровином списке. Теперь я увидела, что Ирине эта роль тоже надоела, хотя хлопот приносила меньше.
Позже Ирина рассказала, как в субботу приехала к матери и предложила вместе разобраться с квитанциями. Они поссорились: Галина Михайловна твердила, что Андрей справится быстрее. Ирина ответила, что работает администратором в медицинском центре и с документами умеет обращаться.
В воскресенье Андрей поехал к матери один. Вернулся он с пакетом яблок и рассказал:
— Мама боится, что мы перестанем приезжать. У соседки сын живёт далеко, они почти не видятся. Она решила, что если всё расписать, никто не откажется.
— И что ты ей сказал?
— Что я хочу приезжать к ней иногда просто так, без поручений. Но я не могу отвечать за всю её жизнь. Она предложила нам с Ирой самим поделить дела. Я сказал: нет, мам, сначала ты спрашиваешь каждого.
В понедельник Галина Михайловна впервые позвонила мне не с поручением, а с вопросом:
— Вера, ты можешь в четверг вечером показать, как подать обращение в управляющую компанию через сайт? Ира будет у меня. Мы вместе посмотрим.
Я проверила своё расписание. В четверг у меня была поздняя примерка.
— Нет, в четверг не смогу. В субботу после двух можно, минут на сорок. Только обращение вы будете заполнять сами, я покажу, куда нажимать.
— Хорошо, — сказала свекровь после паузы. — Тогда в субботу.
Привычного укола в голосе не было, и от этого я насторожилась сильнее, чем от обиды.
В субботу мы втроём сидели на кухне у Галины Михайловны. Ирина держала ноутбук, мать объясняла, с чем не согласна в квитанции, а я показывала, где прикрепить её фотографию. Андрей в это время был у нас дома: дождался доставки стиральной машины и подключил её по инструкции. Наконец-то не пришлось выбирать, чьё хозяйство важнее.
Свекровь попросила меня написать текст за неё. Ирина придвинула ноутбук: «Мам, давай я». Та уступила.
С ремонтом ванной она решила подождать до весны. Подробная смета пришла, сумма её не устроила, и пока свекровь решила ограничиться проверкой труб в ванной. Окна тоже пока оставила в покое, а к вопросу об их замене обещала вернуться, когда сама выберет подходящий вариант и уточнит бюджет.
Не всё сразу наладилось. Галина Михайловна ещё обижалась на отказы. Андрей вздрагивал от её пропущенных звонков, а я по привычке начинала оправдываться, когда была занята.
Но однажды вечером, когда мы вместе убирали посуду после ужина, свекровь позвонила по видеосвязи. На экране за её плечом виднелась Ирина, пришедшая с продуктами.
— Андрей, у меня на следующей неделе мастер должен посмотреть выключатель в прихожей. Ты сможешь в среду после работы приехать? — спросила Галина Михайловна.
Муж вытер руки полотенцем и посмотрел на наш календарь, висевший возле холодильника. В среду мы собирались в кино, билеты уже лежали в его телефоне.
— В среду не смогу, мам. Давай ты сначала узнаешь у электрика, что ему нужно, а если потребуется моё присутствие, выберем другой день.
— Хорошо. Я спрошу, — сказала она.
Ирина на экране подняла пакет и добавила:
— А если надо просто открыть дверь, я после пяти могу подъехать.
Свекровь помолчала, потом повернулась к дочери:
— Тогда я тебе завтра позвоню, когда с мастером договорюсь.
Андрей завершил вызов, снял с дверцы шкафа наш список покупок и дописал внизу: «Попкорн». В среду мы действительно пошли в кино — и впервые за долгое время никто из нас не проверял телефон каждые десять минут.






